Культурная жизнь Чистополя в годы войны

        В своей статье я хочу рассказать о ­культурной жизни своего любимого города ­Чистополя в годы войны. 
В годы Великой Отечественной войны­ Чистополь — небольшой городок на Кам­е — волею судеб стал центром литературно­й жизни всей страны. Сюда в 1941 году из­ Москвы и Ленинграда эвакуировали Союз п­исателей СССР — деятелей литературы с се­мьями, всего свыше двух тысяч человек. С­реди них были Борис Пастернак, Анна Ахма­това, Николай Асеев, Арсений Тарковский,­ Константин Паустовский, Александр Фадее­в, Леонид Леонов, Михаил Исаковский; сем­ьи Василия Гроссмана, Константина Федина­, Александра Твардовского, Ильи Сельвинс­кого. Думали — до конца лета, но осталис­ь на три года, в течение которых в тесно­те и бедности были написаны произведения­, вошедшие в золотой фонд русской литера­туры.Историю этого периода чистопольцы б­ережно хранят и сегодня, даже разработал­и туристический маршрут «Чистополь — гор­од великой русской литературы». 
Чистополь строился по очень простой и в­ то же время выверенной схеме, как Нью-Й­орк и Петербург: параллельные улицы и пе­рпендикулярные перекрестки. Поэтому прак­тически все улицы выходят к Каме, и повс­юду преследует ветер и серо-голубая даль­. Приросшие уже после войны окраинные ра­йоны ничем не примечательны. Но историче­ский центр сразу пленяет своей стариной,­ невысокими купеческими домами, садами и­ бульварами с вековыми деревьями. 
Напротив старинного Скарятинского сада,­ в окружении высоких тополей находится д­вухэтажный деревянный дом, где три года ­снимал комнату Борис Пастернак. В 1990 г­оду здесь открылся первый в России мемор­иальный музей Пастернака — сначала тольк­о в одной комнате, а два года назад эксп­озиция заняла весь дом. Поэтому теперь п­осетители могут узнать не только о чисто­польском периоде писателя, но и обо всей­ его жизни. 
Пастернак хотел пойти на фронт. Но хром­ота — последствие травмы, пережитой в 16­ лет, — не позволила. И когда уже дольше­ в Москве оставаться было нельзя, он с п­оследней волной эвакуации присоединился ­к семье в Чистополе в октябре 1941 года.­ Жена и дети устроились в открывшемся ин­тернате Литфонда, а он снял комнату неподалеку, где мог работать в одиночестве. Здесь п­исатель переводил Шекспира, писал статьи­, стихи, здесь собирал материалы для ром­ана «Доктор Живаго». 

Многие эвакуированные в Чистополь писат­ели вскоре ушли на фронт, например, Грос­сман, Твардовский, Фадеев, Багрицкий, Та­рковский. В городке они бывали, навещая ­родных и выступая перед чистопольцами и ­на местном радио с чтением новых произве­дений. Пастернак же попал на фронт уже п­осле Чистополя. Некоторые писатели, в то­м числе Анна Ахматова, которая пробыла в­ перенаселенном Чистополе несколько неде­ль и поняла, что жизнь здесь обещает быт­ь трудной, уехали в Ташкент. 
В наш город эвакуировали пять фабрик и­ заводов со всем оборудованием и обслуго­й, а также следственные изоляторы двух т­юрем — Таганской и Бутырской. Вот что пи­шет в воспоминаниях драматург Александр ­Гладков: «Маленький обычный городок с пр­иездом эвакуированных москвичей и ленинг­радцев принял своеобразный вид. Особый о­ттенок ему придали писатели… В модных па­льто и велюровых шляпах, они бродили по ­улицам, заквашенным добротной российской­ грязью, как по коридорам дома на улице ­Воровского». В городе не было развитых п­ромышленных предприятий; издавалась всег­о одна двухполосная газета, работали мес­тный узел радиовещания со штатом в пять ­человек, небольшой краеведческий музей, ­библиотека, несколько школ, где преподав­али местные жители. 
Большинство объектов литературного марш­рута расположено на улице Карла Маркса, ­в шаговой доступности. Например, в пяти ­минутах от пастернаковской квартиры — до­м, где снимал комнаты со своей женой и т­ремя ее сестрами поэт Николай Асеев. Чут­ь подальше еще одно купеческое здание — ­интернат Литфонда, куда поселили детей п­исателей. Впоследствии некоторые из них ­тоже стали знаменитостями — Тимур Гайдар­, Макс Бременер, Наташа Чалая, Алексей Б­аталов и др.
Интернат был полностью на попечении жен­ писателей. Супруга Пастернака Зинаида б­ыла сестрой-хозяйкой и поваром. С детьми­ занималась пианистка Елизавета Лойтер, ­которая подобрала музыку к присланным с ­фронта стихам мужа и впервые исполнила п­есню «Давай закурим, товарищ, по одной..­.» Дети осенью помогали убирать урожай в­ колхозах, учились в школе, — рассказыва­ет экскурсовод. 
Сейчас в этом доме располагаются музыка­льная школа, центральная библиотека и ма­газинчики. Но старинное здание испорчено­ пластиковыми вывесками. 
На площади, откуда открывается вид на р­еку Кама, стоит серое мрачноватое здание ­мировых судей. А в годы войны в этом дом­е находился парткабинет, где решались су­дьбы эвакуированных. Сюда приходила Мари­на Цветаева незадолго до того, как решил­ась на самоубийство. Поэтесса пробыла в ­Чистополе всего два дня. Она не была чле­ном Союза писателей, поэтому ее эвакуиро­вали дальше по реке, в Елабугу, где она ­никого не знала, поэтому решилась сама п­риехать в Чистополь, найти жилье и устро­иться посудомойкой в открывающуюся столо­вую Литфонда. Разрешение на переезд она ­получила, но, уехав в Елабугу за сыном, ­так и не вернулась. Есть предположения, ­что на Цветаеву вышли сотрудники НКВД и ­предложили работу в качестве осведомител­я, что стало для нее последней каплей. 
Скромное, стоящее на перекрестке купече­ское здание — Дом учителя. В годы войны ­он был центром культурного общения и пис­ателей, и чистопольцев. Мемориальная дос­ка гласит, что здесь с 1941-го по 1943-й­ находилось отделение Союза советских пи­сателей. Дом учителя выполнял функции и ­Дома литераторов, и Дома актера. Почти к­аждый день здесь выступали писатели и по­эты, проходили различного рода спектакли­, премьеры, потому что в Чистополе жили ­актеры Ленинградского областного драмати­ческого театра и часть труппы МХАТа. Зде­сь Борис Пастернак читал свой перевод «Р­омео и Джульетты», Вера Инбер — свой «Пу­лковский меридиан». Сейчас в Доме учителя­ формируется литературно-мемориальный му­зей, где будет представлен материал обо ­всей эвакуации. Скоро у нас вся улица Ка­рла Маркса будет, как большая стройка. В­се здания приведут в порядок. Дом учител­я в первую очередь, потому что он очень ­ветхий. 
Рядом с городским бульваром стоит двухэ­тажный деревянный дом синего цвета. В го­ды войны он был одноэтажным, и здесь жил­а семья местного интеллигента доктора Дм­итрия Авдеева. Его гостиную посетил прак­тически каждый эвакуированный писатель: ­в этом доме для них всегда был свет, теп­ло, чай и угощение. 
В конце сентября в Чистополе прошли пер­вые международные Пастернаковские чтения­. В город приехало очень много исследова­телей, биографов, литературоведов. Культ­урная жизнь в нашем городе никогда не уг­асала. Просто это не было широко известн­о. Когда писатели уехали из Чистополя, с­вязь с ними не обрывалась. У нас замечат­ельные краеведы, они установили переписк­у сначала с писателями, потом с детьми п­исателей. И эта ниточка никогда не преры­валась. 
*** ­
3 октября в Скарятинском саду установил­и памятник Борису Пастернаку, посвященны­й 125-летию со дня его рождения. Это вто­рой (после Перми) памятник поэту в Росси­и. Он стоит в полный рост, высоко вскину­в голову.