|
Март 1944 года. Госпиталь в Москве. Где - то близ Киевского вокзала. Пожилой уже старший лейтенант, прихрамывая зашел в палату к другу. Зашел попрощаться. Здоровье наспех поправлено, раны почти затянуты, завтра - на передовую.
Когда - то, в мирное время, товарищи служили вместе в армии, а теперь, по прошествии лет, встретились на госпитальных койках. Оба изрядно прострелянные. Но один, поступил в лечебку раньше, и к моменту появления второго, уже мог ходить. Каждый день старший лейтенант проводил часы у койки друга.
Палата (это ведь так называлось в госпиталях?) была большой, раненных много. Кто-нибудь непременно стонал.
Вот и сейчас, весь замотанный в бинты солдатик отчаянно стонал и явно что - то пытался сказать. Он уже три дня находился в госпитале. Сильная контузия, ожоги....
Старший лейтенант наклонился над бинтами: "что тебе, браток? воды может?"
"Әти", - донеслось из - под повязок.
Пожилому солдату показалось, что он бредит. Голос сына?!
"Әти" в переводе с татарского - папа.
Но, нет.... откуда? Сын еще мальчишка. Да и жена, письма пишет исправно, от всех детей приветы шлет. Не может быть!
Старший лейтенант свернул самокрутку и нервно выкурил ее, размашисто хромая по госпитальному коридору. Свернул еще. Выкурил. Свернул еще. Выбросил.
Вернулся к контуженному солдату. Наклонился над ним.
- кто ты?
- Әти, мин Закария...
Рядовой Хабибуллин Закария Минвалеевич ушел на фронт, когда ему стукнуло 16. Ушел, подделав свои документы и прибавив два года к реальному возрасту. С мамой не попрощался. Боялся не отпустит. Оставил записку, в которой просил ничего не сообщать отцу. В первом же бою новобранец получил контузию. Когда пришел в себя понял, что не слышит. Когда начал возвращаться слух, решил, что бредит. Он слышал голос отца...
Отец и сын провели вместе еще целую неделю. Госпитальное начальство пошло на встречу старшему лейтенанту, и Минвалей Хабибуллин остался в мед учреждении ухаживать за сыном.
Они оба воевали до победы. Оба вернулись покалеченными, но живыми. Оба с полной грудью наград.
Мои прадед и прапрадед! Моя гордость!
| 
